Category: семья

белый крест

ДОБРОВОЛЬЦЫ - ВПЕРЁД!

Основой работы сайта "Русская Стратегия" является добровольный труд редакции и авторов. Для более активного развития и продвижения сайта нам неизменно требуются:

- Авторы, пишущие на военные, политические, социально-экономические, исторические и иные темы.
- Корреспонденты, могущие осветить то или иное мероприятие или же ситуацию в том или ином регионе - непосредственно с места.
- Волонтёры для расшифровки и перепечатывания аудио- и видеозаписей.
- Волонтёры для расшифровки сканов редких книг.

Будем рады также сотрудникам, имеющим собственные предложения.

Кроме того, если Вы ведёте свой видеоблог, снимаете интересные сюжеты, монтируете клипы и передачи, то мы с радостью рассмотрим их для публикации на нашем интернет-канале Голос-Эпохи.ТВ: https://www.youtube.com/user/golosepohi

По всем вопросам можно писать в комментариях в этой теме или же на адрес редакции etna28@rambler.ru



Сайт "Русская Стратегия", журнал "Голос Эпохи" и выходящие при нём книжные серии существуют на средства создателей и добровольных жертвователей. Мы не зарабатываем денег, помещая на сайт сомнительную рекламу или монетизируя записи нашего канала на ютубе. Посему будем весьма признательны за любую помощь нашей работе. Оказать её можно:
Collapse )
f287e229-bed3-4ffd-8f8b-1d2a32a35796

«Я живу, чтобы свидетельствовать» Олег Волков: восхождение к свету (к 120-летию О.В. Волкова)

Олег Васильевич Волков — ровесник ХХ века. Он родился в 1900 году в знатной дворянской семье и получил всё, что в СССР за такое происхождение полагалось. До революции успел окончить Тенишевское училище. В 1917 году поступил в Тверское кавалерийское юнкерское училище, но после октябрьского переворота юнкеров распустили по домам из-за угрозы поголовного расстрела. Зимой 1918-го в Торжке был сформирован добровольческий конный отряд; в его составе юнкер Волков ушел на Гражданскую войну. Летом, вырвавшись из окружения, отряд устремился к Екатеринбургу, в надежде спасти царскую семью. Но Ипатьевский дом добровольцы застали уже опустевшим, с пятнами крови на стенах «расстрельной» комнаты. В дальнейшем Волков пытался пробраться к Врангелю, но в Крым попал, когда эвакуация вооруженных сил юга России уже завершилась... Читать дальше »

Семья ополченца нуждается в помощи

Ткачики - так называют этих птичек. Эти птички очень трепетно относятся друг к другу и поражают своей любовью и преданностью. Они неразлучны до самой смерти: когда умирает один, второй ложится рядом и умирает добровольно. Это единственные существа на земле, которые тоскуют и не могут жить без своей пары. Они внимательны и заботливы; опекают и подкармливают друга. Людям стоит поучиться у этих птиц по-настоящему любить свою половинку.

История войн и революций знает великое множество красивых историй любви, много таких историй и в нынешней войне, но есть одна, о которой… забыли.

Они родились друг для друга, родились, чтобы познать настоящую любовь и счастье; для того, чтобы подарить жизнь друг другу заново.

Люба на десять лет моложе Саши, сейчас ей 29 лет, а в далёком 2008-м году, когда они только познакомились, Любаше было всего 17 лет. Встречались, приезжая друг к другу в гости на выходные, а через четыре месяца Саша предложил Любе руку и сердце. Сделал это красиво, держа в руке кольцо. Девочка колебалась: не рано ли, что скажут родители, но сердечко трепетало от радости! На тот момент Люба училась в лицее, Саша работал, так и жили. Саша из тех парней, о которых говорят «золотые руки», мастер сантехнического оборудования и отопительных систем, не бедствовала молодая семья, да и родители помогали, а вот с детишками никак не получалось.

Любу везла «скорая помощь» в больницу с сильнейшим кровотечением, девочка погибала. И только Сашина кровь спасла ей жизнь...
Люба поступила в институт и благополучно его закончила по специальности: учитель начальных классов, преподаватель украинского языка и литературы. Кто знал, что именно носители этого языка, принесут в дом беду?!

Люба не отпускала Сашу на войну, но после гибели детей и мирных жителей в Славянске - Саша в мае 14-го, ушёл на фронт, а в сентябре, проводя разминирование под … вдоль дороги ,Саша получил ранение, которое почти не совместимо с жизнью. Взорвалась мина, отреагировав на голос, оказывается есть и такие мины иностранного производства. Саше оторвало обе руки по локоть, он полностью потерял зрение и частично слух, одна нога держалась на коже и немножко оставалось мышцы…
... Читать дальше »


«Жить по долгу чести» (к 75-летию Георгия Тараторкина)

О Георгии Георгиевиче можно сказать, что судьба его сложилась счастливо. С женой, Екатериной Марковой, они встретились ещё 1964 г. В их семье родились двое детей. Сын стал священником, дочь – актрисой. Подобные цельные семьи, живущие в любви и взаимном уважении на протяжении всего отпущенного им жизненного пути, также не столь уж частое явление в наше расколотое, раздробленное время, когда в редком доме встретишь атмосферу непритворного лада…

Роли Тараторкина в театре и кино навсегда войдут в их золотой фонд. Широко известно, что в кинематограф Георгий Георгиевич вошёл, сыграв Раскольникова в знаменитом фильме Л.А. Кулиджанова. Но мало кто знает, что эту роль играл он и на сцене родного театра Моссовета. На ней же были им воплощены ещё два наиболее сложных персонажа Достоевского – Иван Карамазов и Ставрогин. Кому ещё из актёров привелось сыграть три таких роли? Актёр театра Достоевского – так называли Георгия Георгиевича. Увы, созданные им образы Карамазова и Ставрогина не дошли до нас, но Достоевский – шире персонажей собственных произведений. И среди сыгранных Тараторкиным ролей немало тех, что прямо отсылают нас к Фёдору Михайловичу… Читать дальше »

Правда не ради славы

В начале тридцатых годов прошлого века русские деревни и сёла испытали очередное большевицкое нашествие. Крепких крестьян, едва ставших на ноги после октябрьского переворота, без суда и следствия арестовывали. И одних расстреливали, других сажали в тюрьмы, а третьих ссылали подальше от родной земли. Не миновала сия горькая чаша и Трифона Твардовского, отца будущего выдающегося поэта и писателя Александра Твардовского. Его не расстреляли и не посадили в тюрьму, а вместе с семьёй сослали в далёкие края. И было совершено это страшное и преступное злодеяние по хорошо отлаженной репрессивной схеме. Среди ясного дня большевицкие служаки с оружием в руках нагрянули на хутор Загорье вблизи деревни Сельцо Смоленской области. Здесь проживала многодетная семья сельского кузнеца Трифона Твардовского. Самого хозяина с женой и детьми незваные гости выгнали из родной хаты и, погрузив все их бренные семейные пожитки на подводу, отправили всю семью в ссылку на Восток, поближе к Уралу, в далёкое село Русский Турек, расположенное ныне в Кировской области... Читать дальше »


Ольга Скопиченко. Это было давно



Зима 1920 года. Наш эшелон, набитый до отказа семьями белых воинов, медленно ползет по Великому Сибирскому пути. Безграничны российские просторы. Границы далеко. Да никто и не думает о том, что нам придется покинуть свою родину, у каждого надежда, что вот еще одно усилие, еще немного и наступит долгожданная победа и мы вернемся назад к разрушенным домам, к уюту привычной, столетиями сложившейся, жизни.



— Мама, а как ты думаешь, они, большевики не убьют кота Ваську?—задаю я вопрос.— А Волчка не убьют, ведь если они войдут в дом, он будет лаять? А скоро мы вернемся, мама?



Мама варит кашу на маленькой печурке посреди теплушки и ее ответ ласково ободряющий:



— Я думаю теперь уже скоро. Ты, ведь, слышала наша армия продвинулась вперед, вон и канонады не слышно больше.



— Я знаю, мама, я слышала, только ведь там то у нас, в Сызрани, еще они.



Они—это страшное слово. Они, это те, кто убили дядю Сережу, а тетю Марусю и Верочку расстреляли в тюрьме. Слезы подступают к горлу. Я так любила Верочку, она была старше меня, но всегда принимала участие во всех наших детских играх, когда семья дяди приезжала к нам погостить. Новая мысль появляется в моей детской голове, еще не умеющей сознавать весь ужас действительности.



— Мама, а как же Рождество? У нас будет елка?



Елка. И правда, ведь, Рождество так близко, а какже с дедом Морозом?... Читать дальше »

Мельпомена и ГУЛАГ: Юрий Соломин

30 декабря 1937 года. Хрустят за окнами суровые сибирские морозы, хрустит снег, как всегда, щедро укутавший читинскую землю. А в тепло натопленной комнате радостно светится красавица-ёлка, возвещая, что вот-вот оборвётся последний листок календаря, и настанет Новый год. Вот, только вокруг ёлки происходит что-то совсем непраздничное, что-то, чего маленький Юра ещё не может понять… Почему плачет мама? Почему так испуган отец? Почему какие-то незнакомые люди в форме бесцеремонно роются в вещах и, вот, наконец, уводят в ночь деда. На пороге он оборачивается, бросает последний взгляд на босого, в одной рубашонке вышедшего в прихожую внука… Дверь за ним затворяется…

С той поры Новый год в доме Соломиных не праздновали, а Юрия долго преследовало то ночное видение – как люди в форме куда-то уводят его деда. Это видение казалось ему сном и, лишь став взрослым, он узнает, что было оно горькой явью, а много позже прочтёт и «дело» своего деда…

Ананий Рябцев родился в 1880 году в далёком Забайкалье, в г. Баргузин. Юноша отличался пылкостью характера и свободомыслием и в годы т.н. «первой русской революции» был захвачен её вихрем, вступил в ряды эсеров… К тому времени он уже перебрался в Томск, откуда и был выдворен, как неблагонадёжный элемент и борец с самодержавием, в Читу.

Здесь встретил Рябцев свою будущую жену и прожил всю оставшуюся жизнь. К большевикам не примкнул и в революции новой активного участия уже не принимал. Впрочем, с новой властью поладил, заведовал финчастью читинской тюрьмы. Казалось бы, что могло повести его в категории «врагов народа»? Да мало ли что… Донос… Неосторожное слово… В те времена за поводом далеко не ходили. Был бы человек, а дело на него найдётся.

На допросах бывший эсер держался мужественно, не оговорил ни себя, ни других, ни одно обвинение не было им признано. А нетрудно догадаться, что признаний добивались от него отнюдь не только «вербальными» методами… Допросы те Ананий Рябцев не пережил. Он умер, находясь под следствием 23 марта 1938 года. О том, где был он похоронен, родные так и не узнали.

Арест близких в те годы неизбежно ставил под удар всю семью арестованного. В семье Соломиных главный удар принял её глава Мефодий Викторович. Он происходил из глубоко религиозной семьи и отроческие годы сам прислуживал в церкви. Со своей будущей женой, Зинаидой Ананьевной, он познакомился ещё в глубокой юности и затем не расставался. Вместе они уехали в Ленинград и учились в консерватории, вместе вернулись, когда Зина заболела и оглохла на одно ухо, вместе стали учить музыке читинских детей, снискав в городе любовь и уважение…

Мефодий Викторович был по натуре своей необычайно добрым и мягким человеком: любил детей, любил животных, которых в доме Соломиных всегда было много. Однажды на рынке он приобрел утку с больными ногами, и вся семья, заботилась о ней, жалея. В другой раз Соломин привёз из монгольских степей удивительно красивую козу. Правда, не дойную… Земляки недоумевали, зачем держать недойную животину? «Красивая очень…», - отвечал Мефодий Викторович.

Под стать ему была и Зинаида Ананьевна. Не имея даже порядочной зимней обуви, ходившая зимой с обмороженными коленями, она однажды привела в дом… маленькую девочку-сиротку. Она увидела её на смотре художественной самодеятельности, и, узнав, что у малышки нет родителей, приняла в свою семью, где уже росли двое сыновей... Читать дальше »


БАНДИТИЗМ, А НЕ ВОЙНА

Одним из многих трагических следствий большевицкого переворота семнадцатого года было истребление и лишение свободы зажиточных крестьян, которые своим трудом в поте лица добывали хлеб насущный. Для такого беспощадного наступления на беззащитных крестьян большевики-диктаторы придумали название «раскулачивание» и объявили войну против «кулаков» вплоть до полного их уничтожения. Из архивных источников известно: во время раскулачивания подверглись репрессиям не только зажиточные, крепкие крестьяне, которые всей душой, всем сердцем любили свою кормилицу-землю и хорошо знали своё дело, но и множество других крестьян – трудолюбивых, добросовестных сельских тружеников, вовсе не богатых, но не угодивших партийным диктаторам. Под горячую руку в чудовищную репрессивную мясорубку попадали и сами партийные активисты, и так называемые советские работники, несмотря на то, что подавляющее большинство тех и других вышло из народа, происходило из крестьянских семей. Об этом сейчас знают многие. Но всё же более глубокими знаниями трагических событий того страшного времени владеют профессионалы-историки, изучающие досконально архивные материалы. Рано или поздно тайное становится явным, как бы оно не было тщательно спрятано под грифом секретности в специальных хранилищах и в несгораемых, железных сейфах за семью печатями... Читать дальше »


Многодетная семья политзаключённого просит о помощи

В нашу редакцию поступила просьба о помощи четверым детям калининградского полизаключённого А. Оршулевича. Не зная в достаточной мере обстоятельств дела и воззрений Оршулевича и его товарищей по несчастью, мы не можем давать оценок и комментариев. Однако, отметим то, что утверждаем всегда: вне зависимости от взглядов граждане РФ должны быть защищены законом. В деле же Оршулевича налицо, как минимум, сомнительная для серьёзных обвинений доказательная база (в стиле арбалета полковника Хабарова или пистолета 19 века В.П. Мелихова), явное затягивание следствия (за два года дело так и не дошло до суда, а люди остаются в заключении), применение силовых мер воздействия на обвиняемых.

Размещаем сообщение, присланное в редакцию:

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ, ЕСЛИ КТО МОЖЕТ ОКАЗЫВАТЬ ПОСИЛЬНУЮ ДЕНЕЖНУЮ ПОМОЩЬ СЕМЬЕ И ЧЕТЫРЁМ МАЛЫМ ДЕТЯМ (СТАРШЕЙ ДЕВОЧКЕ 10 ЛЕТ, МАЛЫШУ 3 ГОДА) АЛЕКСАНДРА ОРШУЛЕВИЧА, ПОЛИТЗЕКА ПО ДЕЛУ БАРС, о которых сейчас заботится бабушка, мать Александра

... Читать дальше »


РУССКАЯ ПЕЧКА КАК ПОВОД ЗАБРАТЬ РЕБЕНКА ИЗ СЕМЬИ

По закону органам опеки запрещено вмешиваться в дела семьи. Семейный кодекс предусматривает такое право, только когда есть реальная угроза жизни и здоровью детей. Изъятие ребенка — крайняя мера. Однако зачастую камнем преткновения в детских судьбах становятся жилищно-бытовые условия.

Дело Лапшиных
Этой осенью громко прозвучала история многодетной семьи Лапшиных. Под угрозой изъятия детей ввиду непригодных для проживания условий Лапшины сбежали из Вологодской области в глухой поселок Калевальского района Карелии. У Елены и Геннадия шестеро детей. Претензий к исполнению обязанностей по воспитанию у органов опеки не было. Однако чиновников не устроили бытовые условия в доме, где проживала малоимущая семья. По решению суда мать и отца ограничили в родительских правах. Тогда они и решились на срочный переезд. В Карелии семью приняли радушно, предоставили небольшую квартиру, обеспечили товарами первой необходимости. Когда рассказ о Лапшиных облетел СМИ, дело получило широкую огласку. К их дальнейшему жизнеустройству подключились специалисты из аппарата детского омбудсмена Анны Кузнецовой.

Подобное случается нередко. Родители прячут детей, скрываются от представителей соцслужб.

Дмитрий (все имена героев изменены журналистами) — из поселка Сонково Тверской области. После выпуска из сиротского учреждения он ждал положенного ему социального жилья семь лет...
...Когда Дмитрию выдали долгожданное жилье, счастью не было предела. Он не глядя подписал договор и переехал из съемной квартиры, которую арендовал в том же поселке, уже в собственный 'новый" дом...
...По закону Дмитрий имеет право встать на учет по предоставлению компенсации за несоответствующие норме условия. Однако все усилия были тщетны. Администрация отвечала: "На что хватило финансов, то и построили. Стройтесь сами!"

"Я пытался накопить денег на печное отопление. Мы скитались по поселку, боялись, что нас рано или поздно разлучат. Ведь я понимал: жить в таком бараке просто невозможно", — признается Дмитрий.

Опасения были не напрасными. Долгие переговоры с местной соцзащитой закончились тем, что в конце октября девочку все же забрали и по добровольно-принудительному согласию родителя поместили в реабилитационный центр...
Читать дальше »